![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
Чувствую свою причастность. Я был рядом с "Зенитом" в самый трудный период этого сезона,я кричал на "Петровском" до потери голоса и до боли в мышцах,я дрался за "Зенит", я жал руку Домингесу, Текке и Радимову, я дома не снимаю футболку со стрелой на груди. Извините Рома Лопатенко и Эрик Мамонт-Хоннекер, вы (мясо) вторые...
БРАВО "Зенит", БРАВО Дик Адвокат!!!
Марина, Стас, Рома, Сева, Юля я с вами!!! Мы победили!!! Я плачу от счастья!!!
Вот уважаемый, держите!!!( Read more )
Друзья мои! Звонить очень накладно, а ковырять сообщения(знаете же)никогда не любил...
Короче нашёл выход. Читайте жизнеописание одного моего дня...
Написал в художественно-публицистическо-хронологич
ОДИН ДЕНЬ……..
«Синяя Чайка» и «Пегас» плавно удалялись от голубой планеты в звёздную бездну под мелодию Александра Зацепина. Блин, что за бред…. Соскакиваю на кровати: - «Чёрт возьми, это же мобила звонит…».
- Алло!-
- Спишь?- ???????
- Рома, ты??? Нет, не сплю,… в футбол играю,…- я взглянул на часы: семь часов утра.
- Подъём братан!!! Сегодня футбол, помнишь?- Ромкин голос был бодр, наверно опять гулял всю ночь.
- Конечно, помню… всю неделю хожу и «ноотропил» пью, чтобы не забыть,… крестиками все руки и лоб исписал… Чё так рано то… - «шестерёнки» в мозгу со скрипом задвигались.
- Начало матча в четырнадцать нол-ноль, на стадионе надо быть за два часа, ещё час нужен, пивком заправиться, и час на дорогу. Короче встречаемся на «Невском» в десять…
- Ладно… «Зенит-чемпион»… До встречи…
Вся «прелесть» коммунальной квартиры заключается в том, что ванная комната постоянно кем-то занята.
- Марина! Поторопись… я опаздываю…- я действительно опаздывал, мне ещё надо было к маме заскочить в больницу.
- Посиди пока с Лёшкой на кухне… я скоро…- голос за дверью приглушала «рычащая» труба.
Алексей, сидя на табурете «гипнотизировал» брикет с двухлитровыми бутылками пива «Степан Разин».
- Что отмечаем?- без интереса спросил я.
- Суббота,… а завтра воскресенье…- Лёша уже был в «дугу».
- Ясно всё с «вами», «Жума»… по-нашему…
Солнечные лучи теплом прогрели мою комнату. День начинался замечательно. Я надел, подаренную ребятами, тренировочную майку со стрелой на груди, и с надписью на спине
«Зенит Санкт-Петербург», обмотал шею шарфом «Зенит 2007» и побежал к электричке, на ходу обидев Марину отказавшись от завтрака.
Несколько месяцев назад, впервые ступив в вагон электрички, ощущал какой-то дискомфорт. Неосведомлённые люди пугали меня "бритоголовыми", молодёжными бандами «работающими» в поездах, беспредельными ментами…. Но ничего подобного не встречал. Вечно, полупустой вагон, мирно посасывающий пиво, казалось, дремал. До меня никому, никогда не было дела. Дважды меня потревожил кондуктор. Всего лишь…
«Рыбацкое»… Пересадка в метро.… Всё. Я в городе…
Выполнив свои обязательства, мчусь на «Невский»… есть ещё десять минут.
- Привет всем,- у Казанского собора собралось уже человек двадцать в сине-голубой расцветке.
- Ещё ждём пять минут, и двигаем,- Рома, как всегда руководил лично,- а пока знакомься с теми, кого не знаешь.
Сэм, Дыба, Мешок, Клаус, Квакша, Боб.… Да всех я уже знаю.… Жмём, друг другу руки, с кем-то обнимаюсь, чувствую, что уже «свой»…
Клаус, хохмач, собрал вокруг себя основную массу ребят. Чешет им про ночь, проведённую с какой-то девкой. Ржём,… Я озираюсь по сторонам в поисках ларька или магазина… Пиво охота…
Наконец-то пошли. Пивной паб оказался рядом, метрах в трехстах. Машка, барменша уже ждала. Разлитое по кружкам пиво стояло на барной стойке.
- Не ошибись!- кидаю я.
- Да с вами не ошибешься. Вы же, как лошади на водопое…- Маша мило улыбается.
Усаживаемся. На плазменных экранах транслируют запись матча чемпионата Англии. Никому не интересно. В углу зала сидит пара солидных мужиков, в другом углу, шесть человек похожих на бомжей,- «Наверно иностранцы»- пробегает мысль в моей голове.
«Как-то всё напряжённо, диалог с пацанами не клеится, водки что-ли, взять…»- я начинаю ёрзать на стуле.
Разрядка наступает сама собой. В зал входят четыре вьетнамца (может быть корейца, китайца или японца).
Клаус оживляется: « Братва! Вьетконговцы!!! Ложись!»
Несколько ребят падают, облокотившись на стол. Имитируя стрельбу из автоматов, открывают шквальный огонь.
- Джонс! Прикройте!- Рома включился в игру.
Я начинаю истерично ржать.
- Сержант Уолесс! Проверьте, что с рядовым Ли! – Клаус обратился к Дыбе, указывая на меня.
- У рядового шок!- Дыба профессионально подыграл.
- Приведите его в чувство.
Я получаю оглушительную пощёчину, падаю со стула, зал наполняется оглушительным гоготом. От смеха, скулы и живот сводит судорогой.
Вьетнамцы, поражённые такой встречей, уходят. «Солидные мужики» нам подмигивают, произносят тост за нас. Иностранцы в ахуе…
Разогрелись…. Теперь всё в порядке.…
До стадиона две остановки с одной пересадкой.
«Сенная площадь».
Переходим на четвёртую линию. Набиваемся в вагон. Одна станция до «Спортивной». Откуда-то далеко раздаётся: «Вперёд Зенит!».
Мы отвечаем: «Вперёд, за Питер!»
- «Вперёд Зенит!»
- «Вперёд, за Питер!»
«Спортивная».
Выходя из метро, я поражаюсь потоку людей одной расцветки. Оказавшись на улице, я и вовсе шокирован. Со всех сторон, к стадиону, стекаются бурлящие сине-бело-голубые реки. Берега безумного потока, чётко ограничивает строй ментов, готовых к самому решительному бою.
Шмон, препирательства, давка…. Наконец-то занимаем свой одиннадцатый сектор.
Симпатичные девушки в «мини» раздают присутствующим инструкции по поддержке футболистов «Зенита».
Несколько пунктов из «программки»:
- Во время объявления состава «Спартака» все сектора поворачиваются спиной.
- На мотив «сердце красавицы склонно к измене…» исполняется следующий заряд:
« Титов неправильной ориентации…». Так же на этот мотив будут предлагаться другие заряды: Быстров неправильной… Судья неправильной и т.д. Следите за заводящим и внимательно слушайте первое слово.
- Из песни Высоцкого « Песня о переселении душ…» предлагается исполнить две последние строчки одного из куплетов: « Но если жил ты как СВИНЬЯ (громко),
останешься свиньё-ё-ё-ю (нараспев) ». Тема повторяется несколько раз подряд для поддержания тонуса у наших московских друзей.
Я уже «заряжен» обстановкой, ко всему вдобавок, мне не нужно заучивать гимн, речёвки и песни «зенитовцев». Все слова, параллельно с распевами фанатов, транслировал огромный экран на стадионе.
Матча вообщем то я не увидел.… Во-первых, был нетрезв. Во-вторых, постоянно на наш сектор накатывала простыня с изображением хрюкающей свиньи. Позже, едкий дым фаеров окутал трибуну. Я только пел, кричал и размахивал шарфом.
Результат: наорался до хрипоты и боли в мышцах. А наш дорогой и всеми любимый «Зенит» проиграл 3-1.
Печали нашей не было границ. Бредём до бара. На этот раз заказываем водку. Пацаны на взводе, не хватает только искры.
- «О! Всевышний! А вот и она, та самая искорка…» - то последнее вразумительное, что пришло в ту минуту в голову. В зал вошли четыре парня с красно-белыми шарфами….
Полчаса спустя…
- Слушай! А ты то чё здесь потерял? – майор с интересом разглядывал мой паспорт.
- За «Зенит» болею…- в голове пробегают десятки вариантов концовки завершающегося дня.
- А чё у вас своей команды нет? – майор жестом указал сержанту проверить мои карманы.
- Есть.… Но «Зенит» тоже люблю. У меня паспорт «зенитовского» цвета,- пытаюсь острить, но менты, похоже, меня не слушают. Их внимание привлекли три тысячи рублей вынутые из кармана.
- Ну…. Значит, драку спровоцировал, без регистрации ходишь.… Задержу-ка я тебя. Будем выяснять, кто ты и что…- майор был решителен в действиях, да и я, тоже, хорош: в ОВИР, на пять минут заскочить, время не нашёл.
После пятиминутного трёпа, расстаюсь с деньгами: - Теперь я свободен???
- Так просто мы тебя не можем отпустить, звони кому-нибудь с Питерской пропиской, запишем его данные и гуляй…
И тут вдруг понимаю, что в буре событий я умудрился потерять мобилу. Копаюсь в голове…. в муках, наконец-то, вспоминаю один из номеров, благо сочетание цифр совпадают с моим паролем на мыле Яндекса.
- Юля привет! Забери меня… - стараюсь говорить как можно трагичнее.
- Где ты?
- В «опорном» в Петроградском…
- Сейчас буду…
Редко Питер дарил мне тёплые вечера. Но сегодняшний вечер, был особым...
Юлька повисла на моей руке, мы вошли в метро.
День заканчивался хорошо. Присутствовала какая-то романтика. Нужно было что-то говорить. Я понёс полную чушь…
- Слушай, Юля! Если тебя одеть в белое бальное платье, а меня в белогвардейский мундир, то мы, наверно, неплохо бы смотрелись на балу у «Его Превосходительства»…
- Тебе скорее пошёл бы чёрный мундир ребят из «СС»…- Юляшка встала выше на ступеньку эскалатора и очень близко заглянула в мои глаза, - Ты мне ничего сказать не хочешь?
- Ну, «спасибо», наверно… - я смущённо опустил глаза и остановил взгляд на «детском пушке» над пухлыми губками Юли.
- Ну….
- «Что «ну» блин…- мысленно рассердился я на себя. В голове вращались, нетерпимые мной слова, из багажа «телячьих нежностей».
Юля обняла меня.… Холодные губы подарили жаркий поцелуй….
- Давай этот поезд, пропустим? – объятия Юли были приятны, промчавшийся поезд заставил её прижаться сильнее.
- 00.40.…Ну, вот и всё… - я оглядел пустой зал метрополитена.
- Что, всё…- Юляшка затупила.
- Это был последний.… Теперь я еду к тебе, или мы вместе едем на Московский вокзал.
Больше нас никто не приютит.
Юля набрала номер на мобильнике: « Мамочка! Я не одна приду. Целую…»
Хитро улыбнувшись, задумалась, и тихо-тихо произнесла: « Скажи всем, что самые лучшие девушки живут здесь… в Питере…»
Юлечка!!! Солнце!!! Я для себя уже давно всё прояснил про Питербурженок и Ленинградок!!!
Питер!!! I love you!!!
Для мегакосмонавта: Убей свою "Жабу", пока она тебя окончательно не задушила... Хургада отстой, Питер всё....
Алексей Станиславович отложил книгу, аккуратно оторвал термобумагу от аппарата, сложил её вчетверо и вышел на балкон перекурить. Он знал, что на бумаге приглашение на очередную роль. Последние четыре года он был популярен, снимался почти каждую неделю. Жена очень гордилась им: редкому актёру удаётся засветиться на всех центральных и десятках региональных каналах.
Получая приглашения, Алексей Станиславович не сразу вчитывался в текст. Он ждал настоящей роли, после которой он мог бы сказать самому себе: «Эту жизнь я прожил не зря». Пауза давала ему особое, трепетное наслаждение от ожидания. В последнее время оно приобрело статус «мучительного».
Попыхивая сигареткой, он аккуратно отгибал уголки сложенной бумаги, пытаясь уловить первые буквы текста. Терпение лопнуло, Алексей Станиславович развернул лист:
« Уважаемый господин Перов А.С. приглашаем Вас, принять участие в программе «Доктор Курпатов» в качестве главного героя программы. Вашу роль и текст сценария, Вы можете получить 22 марта в 10.00 по адресу….»
Дальше вчитываться было не интересно. Снова те же редактора, дешёвый сценарий, который можно не заучивать, а, импровизируя по ситуации даже заслужить похвалу от руководителей программ. Отказываться от роли он и не помышлял. Всё-таки, триста долларов за съёмочный день, позволили его семье не только перебраться в дорогую столицу из дальнего Говнограда, но и жить в последнее время очень даже безбедно.
Карьера Алексея Станиславовича стремительно пошла вверх после участия в передачи «Окна» с Димой Нагиевым. Тогда ему досталась роль (ужас! это казалось унизительным!)«папы-насильника», он всему миру доказывал, что имеет все права на свою дочь, а сексуальный контакт с ней, всего лишь проявление отцовской любви. Следом было приглашение на «Запретную зону», где он сыграл дядю Сашу, подглядывающего через просверленное отверстие в стене и мастурбирующего на соседку бабу Нюру. Благо половые органы прикрыли чёрным кружком. Единственное положительное впечатление, осталось от общения с Мишей Пореченковым.
Потом в «Стирке» с Малаховым изображал казацкого атамана. Две недели ушло на обучение искусно владеть шашкой. На глазах миллионов зрителей Алексей Станиславович кончиком холодного оружия, с невообразимого разворота, открывал бутылку шампанского. Передача снималась под новый год. Тогда ему был выплачен двойной гонорар. Дальше были: «Час суда», «Без комплексов» со знойной женщиной Лолитой Милявской, «Федеральный судья», «Контрольная закупка», «Понять. Простить», «Малахов+», «Дежурная часть», «Частная жизнь», «Дорожный патруль», «Закон и порядок», «Петровка 38», «В центре внимания», «Комната отдыха», «Две правды», «Чрезвычайное происшествие», участие в молодёжном ток-шоу «Большие» на «Культуре», «Рыбалка с Радзишевским», «Такси» на ТНТ. В «Очевидце» пришлось на велосипеде прыгать с трамплина, и горько плакать в передаче «Жди меня» обнимая потерявшуюся пять лет назад «дочурку», какую-то студентку первого курса Щукинского училища.
Алексей Станиславович легко входил в роль, но вернутся, в «своё» состояние порой было очень сложно. Жена понимала его, и временные выходки мужа гасила бутылкой коньяка. Иногда даже двумя. Об алкоголизме вопрос в семье никогда не поднимался.
Значит теперь «Курпатов»….
- Алефтина, здравствуй!- Перов без стука вошёл в комнату редактора,- Ну что там у нас?
- Приветик! У нас «учитель истории», нуждающийся в психологической помощи. Проблема трудности общения с современной молодёжью.
- Слушай! Какой странный сценарий? Инструкция прямо какая-то…- Алексей Станиславович пролистал кипу листов.
- Общение будет минут пять. Дальше вы должны будете разыграть приступ инфаркта. Это будет «фишка». Доктор Курпатов, на глазах у миллионов зрителей, снимет ваш приступ без всяких лекарств. Только «психологическое воздействие». У нас, понимаете ли, рейтинг падает. Вы как никто, сыграете убедительно.
- Когда съёмка?
- Через два часа…
Перов расположился в холе, трижды прочёл инструкцию. Запоминалось легко. Через час он был готов играть.
Мотор! Начали!!!
- Здравствуйте! Сегодня у нас в гостях преподаватель старших классов Андрей Владимирович Миронов. Взаимоотношения между старшим и молодым поколениями сегодня, наиболее остро наблюдают именно педагоги. И когда нам позвонил Андрей Владимирович, мы без раздумий пригласили его в студию. Расскажите нам о вашей проблеме?
Алексей Станиславович набрал полную грудь воздуха, чтобы начать диалог, как вдруг острая кинжальная боль пронзила его в области сердца. Дыхание сбилось, конечности похолодели, перед глазами замелькали мошки, в ушах загудело. Перов жадно начал глотать воздух раздирая обшивку дивана.
Редактор поднял большой палец верх, подмигнул Курпатову, жестами показал – «всё отлично, продолжаем».
Курпатов что-то рассказывал телезрителям, водил руками вокруг лица Перова, зачем-то дважды щёлкнул его по носу…
Но Алексей Станиславович его уже не слышал. Он летел по длинному тёмному тоннелю на тёплый и зовущий свет. Перед его глазами пробежало его детство, школьные годы, первые роли в областном драматическом театре, юное лицо жены так и не сумевшей нарожать ему детей, «изнасилованная» девочка, оправдывающаяся перед ним, что её заставили соврать, баба Нюра с протянутыми тремястами долларами,обнажённая Лолита танцующая в кабаре,Малахов с Якубовичем распивающие "Ржаную" в компании с Радзишевским на берегу Финского залива...
Видения были прекрасными, но ещё прекрасней была финишная черта тоннеля, за которой убаюкивающие звуки небесной колыбели звали его.Перов расправил крылья...возвращаться он не хотел...
Поезд Астана-Алматы. Вагон-ресторан. Десять дней спустя после трагедии.
«Запретили курить. Наконец-то. Дышать в таком маленьком помещении и так было нечем, да ещё все как по свистку после отправления состава, спешат занять места в вагоне-ресторане. Что им не сидится в своих купе? Разворчался,…сам-то не лучше…скинул сумку и бегом через три вагона к столику, да поближе к окну»,- первые глотки пива никак не могли снять остатки раздражения.
- Извините, можно я к вам подсяду…- аульного вида паренёк знал к кому обратиться, в глазах его читалось: «Этот не откажет».
Я огляделся, свободных мест действительно не оказалось. Жестом пригласил его к столику.
- «Ернар…»- юноша протянул для приветствия руку.
Ну вот, началось,… не люблю знакомств в поездах, не люблю делиться тайнами, рассказывать о себе, не люблю, когда соседи по купе напиваются в хлам, не люблю играть в карты. Особенно не люблю, когда женщины за сорок, в двухместном купе предлагают заняться любовью.… Этот вагон-ресторан, наверно, специально придуман для «таких» как я, чтобы можно было уединиться от всего этого.
Изобразив на лице недовольство, я вяло поприветствовал попутчика.
- Водки не хотите? - Ернар продолжал развивать события против моих желаний.
- Пожалуй, выпью. – Неожиданно вырвалось…
Да и хрен с ним, напьюсь, может и правда будет, о чём поговорить. А если останусь трезвым, то через полчаса придётся оставить насиженное место и получится, что меня «выкурили», а это совсем мне не по душе.
- Смотри, сейчас будем проезжать то самое место…- После пятидесяти грамм, Ернар перешёл на «ты». Закусывать было нечем, он просушил губы треугольной салфеткой.
«Аульный интеллигент»- мысленно сыронизировал я.
- Какое, «то самое»???
- На прошлой неделе здесь столкнулись два поезда. Разве не слышал?
- Слышал. Один погиб, ещё один покалечился?
- Да не один, к сожалению… вообщем… я был в том поезде…- Ернар сделал попытку закурить, я указал ему на наклейку с перечёркнутым изображением сигареты.
- По телевизору очень скупо осветили это событие, меня оно даже не заинтересовало...- Я уже захмелел, беседа постепенно завязывалась.
- А ты вот на это посмотри… - Ернар направил мой взгляд в окно, – Видишь, всё в рытвинах, это солдаты разгребали разбитые вагоны, а там за холмом, вагон, разрезанный вдоль колёсных пар, это тот самый последний вагон, он больше всех пострадал. Его за холм специально подальше от людей спрятали…
Открылась ужасная картина: на фоне наших белоснежных степей, резко выделялась
перемолотая гусеничными траками земля, я представил как местами, под тяжестью растаскиваемого груза, техника зарывалась в неё. Длинный, глубокий земляной ров, тянулся за разбитым вагоном до ближайшего холма.
Ернар выпил, на секунду задумался. Больше я его не перебивал.
Десять дней назад…
В купе было душно, от жары сон развеялся. «Зачем же так растопили…»- Ернар взглянул на часы: два часа сорок минут…- «Пойду, покурю».
Из открытой двери тамбура потянуло морозом.
- Что, молодой человек, не спится?- мужчина лет шестидесяти протянул Ернару спички.
- Жарко… проводники спят… температуру убавить некому…
- Часто передвигаетесь на поездах?
- Да… Я курьером работаю, по посёлкам корреспонденцию развожу.- Ернар смущённо опустил глаза. Своей профессии он стыдился. Его одноклассники уже давно в столицу перебрались.- А вы, почему не спите?
- Я привык спать мало, работа у меня такая.- Мужчина прикурил от окурка следующую сигарету,- Я военный врач, военно-полевая хирургия, слышал?
- По телевизору видел.- Ернар мысленно одел его в мундир. Да, именно так наверно и выглядят военные хирурги.- Меня Ернар зовут.
- Камиль Газизович,... - доктор пожал худощавую руку.
- Вы с семьёй едете?
- Нет, жена устала по гарнизонам мотаться.
- Скучаете?
- Да не то чтобы скучаю, тут даже не в любви дело…
- Это как?
- После окончания военно-медицинской академии на выпускном вечере познакомился с девушкой, погуляли, ночь провели вместе, через месяц от её подруг узнал, что она беременна. Встал вопрос о чести, нет… не о мужской и даже не офицерской.… Не хотелось, чтобы её, в бесчестии обвинили. Предложил ей стать моей женой, больше мне предложить было нечего, она согласилась. Теперь у нас двое взрослых детей, они и есть, наша крепкая семья, вообщем привыкли…
Ернара поразило откровение доктора.
- Слушай Ернар, ты не знаешь, почему мы уже сорок минут стоим?
- Буран… снаружи минус тридцать пять, видимость ноль, да и «полотно» замело, будем стоять, пока не рассветёт, или пока дорогу не расчистят.
- Ну что же, тогда будем «курить» до утра и …
Доктор хотел ещё что-то сказать, но сильный удар прервал его речь. Ернара выбросило в проход вагона.
- Что это было?- Камиль Газизович бросился к окну.
- Какой-то урод «стоп-кран» дёрнул, - машинально бросил Ернар, потирая ушибленный затылок.
- Не говори глупостей, поезд стоял без движения. Зови проводника, пойдем, посмотрим…
Проводника звать не пришлось, находу накидывая пальто, он бежал к тамбуру со связкой ключей. Ернар услышал стоны проснувшихся людей, вбежав в своё купе за полушубком, он увидел упавшего на пол с верхней полки соседа.
- Живой?
- Да. Что случилось?
- Пока не знаю…
Проводник, вытягивая шею, пытался рассмотреть в открытую дверь, что же всё-таки произошло. Доктор грубо отпихнул его, и, спрыгнув по колено в снег, направился в хвост состава. Ернар двинулся за ним. Мороз проникал сквозь кожу, снег забился в ботинки, снежинки больно били в лицо и шею, с первым вдохом в носу образовались кристаллики льда, глаза заслезились.
Камиль Газизович шёл быстро и уверенно, Ернар старался не отставать.
Добравшись до конца состава, открывшаяся из плотной снежной стены картина, показалась Ернару неправдоподобной. Последний вагон напоминал неполностью открытую консервную банку. Половина крыши была направлена вверх, задние колёсные пары лежали в метрах десяти от железнодорожных путей, вагон грубо переходил,… нет, скорее слипся с непонятным агрегатом. Ернар пригляделся: Это же железнодорожный снегоочиститель, такой стоит на станции в тупике его родного Агадыря. Ну да, это, скорее всего он. До Агадыря всего каких-то сорок минут езды. Своими тяжёлыми лопастями, локомотив порвал вагон.
- Ернар, беги за начальником поезда, на обратном пути принеси простыней, сколько унесёшь…- Камиль Газизович вошёл в вагон.
- Где начальник поезда??? Начальника не видели??? Вы не начальник поезда???– Ернар останавливал на бегу всех людей в форме. Сонные проводники отрицательно кивали головами. В середине состава молодой человек в спортивном костюме отозвался: « Я… я начальник…»
- Идёмте за мной, быстрее, там авария…
- Да-да… конечно,… что там произошло? мне нужно оповестить диспетчера.
- Снегоочиститель столкнулся с нами…
Обратный путь к месту аварии оказался трудным из-за скопления в проходах возбуждённых пассажиров.
- Из вагонов никого не выпускать! Пассажиров вернуть на свои места!- начальник поезда на бегу отдавал приказания своим коллегам.
Ернар спешил, очень уж было интересно, что всё-таки происходит там, внутри повреждённого вагона. На одном из переходов между вагонами дверь не поддалась.
- Зачем её заперли?
- Это предпоследний вагон, дверь от удара заклинило…- начальник поезда схватил стоявшее рядом ведро с углём и швырнул его в оконный проём, стекло с лёгкостью разлетелось на тысячу мелких частей,- Подтолкни меня…
В отличие от предыдущих вагонов,здесь было тихо и спокойно, никто не бегал по проходу, лишь из некоторых купе доносились слабые стоны. Двери шести пассажирских отсеков так же не поддались.
- Надо как-то освободить пассажиров…- начальник поезда проигрывал в голове варианты.
- Но вас там врач ждёт…- встреча с доктором, Ернара интересовало больше всего.
- Какой ещё врач?
- Он меня за вами послал, он, наверно уже пострадавших вытаскивает из последнего вагона. Да!… ещё он просил простыни…
Схватив охапку использованных простыней в комнате для проводников, Ернар кинулся в последний вагон.
- Так, начальник, слушай меня.… Здесь восемнадцать тяжело-раненных и один труп. Мне нужно чтобы вы, не создавая паники, освободили самый тёплый вагон, желательно плацкарт, и принесли туда все аптечки со всего поезда, горячую воду, свежие простыни и что-нибудь из чего можно сделать шины, - Камиль Газизович говорил спокойно и громко.
- Но у нас нет аптечек, наш поезд развозит пассажиров третьего класса, а четыре купейных вагона прикрепили к нам только вчера, это было спецраспоряжение…
- Что за чёрт!!! Почему свет погас!!!- доктор схватил начальника поезда за грудки.
- Диспетчеру сообщили об аварии.… Он обесточил участок.… А у нас аккумуляторы в вагонах больше десяти лет не меняли. Когда поезд движется, ток вырабатывается за счёт генераторов.… Я же сказал вам, что этот поезд для пассажиров третьего класса…- начальник растерянно замямлил.
- Так.… Значит ситуация меняется… Чем вагоны топятся?
- Углём. В тамбурах отопительные титаны стоят. Угля до Алматы хватит…- вдруг начальник вспомнил, что он здесь главный,- Слушайте, в конце концов,… диспетчер в курсе, скоро помощь придёт, нужно просто перенести пострадавших в теплое место и ждать…
- Да какая нахрен помощь, ты посмотри вокруг, все дороги замело, я ближайшего столба не вижу, помощи до утра можно не ждать. При таком морозе, стоя на месте, угля потребуется в несколько раз больше.… Вообщем поступим так.… Соберите весь уголь, перенесите его в первые четыре вагона. Всех женщин, стариков и детей переместите туда.
Ернар! Организуй всех мужчин. Далее.… В снегоочистителе полный бак мазута. Порвите часть простыней, обмотайте концы каких-нибудь палок, тщательно пропитайте мазутом…Нам нужен свет…- Камиль Газизович сделал паузу,- пожалуй, нет.… Десяти мужчин нам хватит. И ещё, в нашем вагоне, в моём четвёртом купе, едет парень. Рядом с ним будет лежать его чёрный заплечный баул. Принеси его мне. Сейчас это будет кстати. Если парнишка будет «против», я тебе разрешаю его «вырубить», он довольно щуплый малый…
- Камиль Газизович, я мигом…- Ернара распирало от гордости, от его участия в эту тяжёлую минуту.
Собрать мужчин и завладеть сумкой не составило большого труда. Хозяин баула тихо и мирно спал, пожалуй, он был единственным пассажиром, который не подозревал о трагедии.
- Посмотрим, что тут у нас…- доктор зашарил по сумке,- Замечательно!!! Ханка и десяток шприцов. Это просто отлично, что в наших аулах, ещё не все наркоманы перешли на героин. Вот «этим» мы и будем снимать травматический шок пострадавших. С одной инъекции он не вызовет зависимости, а эффект будет не хуже морфина с промедолом.
Мужчины выносили раненых, Камиль Газизович перевязывал пострадавших, щупал пульс на запястье, пытался «разговорить» пострадавших, подбадривая их. Временами качал головой, нахмуривая брови. Ернар чётко выполнял все распоряжения, лишь иногда расстраивался, когда доктор отправлял его то за водой, то за простынями. Он получал высшее наслаждение от участия и общения с врачом.
- Здесь ещё двое!!! – раздался крик…
- Будем надеяться, что живые, - Камиль Газизович, вытирая руки от крови, двинулся в конец состава. Проходя мимо последнего купе, он осветил его факелом: «Смотри Ернар, это проводник… ему сегодня не повезло,… хотя, это, с какой стороны посмотреть.… Умер он сразу… без мучений».
«Смерть проводника!!!»- Ернар цинично проговорил в мыслях. Когда-то в детстве он видел фильм про альпинистов с подобным названием. И вдруг поймал себя на мысли: «Почему, когда я присутствую на похоронах, или как сейчас вижу мёртвого человека, всегда в голове рождается какая-то непонятная ирония, сквозь горе, на лице пробивается улыбка. В прошлом году хоронили соседа, некоторые женщины искусственно и надрывно плакали,… я понимаю, что этого требует обычай, что именно так нужно провожать в последний путь.… А я нервно улыбаюсь,… видимо, сволочь я редкая…»
- Стойте!!! Не смейте!!! – Камиль Газизович кинулся в кабину снегоочистителя.
В кабине лежал, уже не дышащий пожилой машинист, и молодой помощник, нога которого была зажата тяжёлым электрошкафом. Шестеро мужчин пытались освободить ногу бедняги.
- Сколько время прошло…- доктор посмотрел на часы,- четыре с половиной часа. Нельзя ему сейчас освобождать ногу.
- Камиль Газизович, почему? Ему наверно очень больно? – Ернар не понял действий врача.
- Во-первых, этот парень, боли никакой уже не чувствует. У него переохлаждение, это без вопросов. А во-вторых.… Во-вторых.… Это, у медиков называется «синдром длительного сдавления». К его ноге, в течение почти пяти часов не поступает кровь, нога уже умерла. Если мы поднимем этот «несчастливый» шкаф, то мы восстановим кровообращение в конечности, и все мёртвые клетки попадут в его организм. Тогда он умрёт через два-три дня. В 1988 году в Спитаке, когда произошло ужасное землетрясение, в подобных ситуациях мы ампутировали конечности прямо на месте. Этим мы многих спасли.Закутайте его в одеяло,и напоите чаем.
Через полчаса появились первые лучи солнца. Буран стих. На горизонте появился трактор, расчищающий путь спасателям.
- Ернарчик! Ты в армии служил?- Камиль Газизович, сидя на ступеньках вагона, положил руку на плечо Ернара.
- Нет, меня не взяли, я у матери единственный сын. А отца я не помню.- Ернар посмотрел на потрескавшиеся от мороза в кровь руки доктора.
- Жаль. Из тебя получился бы хороший, героический сержант.… Ну что, пойдём горячего чаю выпьем. Кажется в том военном «кунге» как раз угощают…- Камиль Газизович направился в сторону солдатской машины, напевая знакомую Ернару песню из детства:
"Не пеняйте на то, что сурова погода
Не считайте, что строг командир без причин
Предстоит вам всего за каких-то два года
Из вчерашних юнцов превратиться в мужчин"…
________________________________________
- Ребята… Мы закрываемся… - официантка положила счёт на стол.
- Да конечно, ещё пару минут…- я с грустью посмотрел на пустую бутылку. За окном белоснежная картина сменилась чернотой.
- Слушай, Нурик, как ты думаешь, Камиль Газизович может быть моим отцом? –довольно серьёзным тоном Ернар обратился ко мне.
- Ернар, ты говорил, что твоему доктору около шестидесяти лет. Значит, он закончил военно-медицинскую академию, где-то в России. У нас тогда не было ничего подобного. А там учат: «Русские, «своих», на войне не бросают»… Я думаю, он бы тебя не бросил.… Тебе вообще повезло только потому, что довелось «подносить снаряды» этому великому человеку.
Ернар закурил, я тоже.….. Пошли они «все», со своими правилами…
Спустя неделю я прочитал:"В железнодорожной катастрофе виновен начальник Агадырского участка пути. Именно его действия считают главной причиной столкновения пассажирского состава со снегоочистительным поездом"
(http://www.nomad.su/?a=13-200703050211
С2H5OH(це два аш пять о аш) – спирт
Лекции по биохимии,
медицинский институт 1 курс.
H2O девиз не наш
Наш С2H5OH.
- Шеф, обо мне уже могут говорить как об алкоголике?
- Не совсем, наберитесь терпения коллега, ещё немного знаний, немного работы над собой и громкий статус не заставит себя долго ждать.
- Неужели я выбрал самый долгий и трудный путь к славе.
- Вы не о том думаете, славу пусть пожинают бездельники, а Вы, дорогой мой друг, часть жизненной, так сказать социальной философии, философии понимания жизнедеятельности человеческой особи.
- Понять, конечно, трудно, но Вы же верите в меня.
- Дорогой Вы мой, на сегодняшний день, Вы мой единственный ученик. В нашу стезю неохотно идут даже двоечники, им подавай административную должность. Как вас там учат: « Хороший студент – хороший врач, плохой студент – хороший главврач».
- У меня красный диплом!!!
- И я о том же. Диплом с отличием и непрекращающаяся тяга к знаниям.Вот у Вас, по биохимии «пять», по анатомии «пять», по многим другим предметам, не сомневаюсь тоже «отлично». Но вам не преподавали философию, и Вы пришли работать ко мне, чтобы заполнить душевные пробелы, пробелы понимания сущности человека.
- Наверно «Да», то есть наверно, Вы правы Шеф.
- Так всё-таки «наверно» или «да»…
- «Да!» Шеф.
- Тогда слушайте:
Во-первых: научитесь пить и не блевать. Поверьте мне... это противно, и окружающим вы проявляете свою слабость. Это не достойно.
Во-вторых: научитесь пить и не «гнать». В том смысле, что ваше поведение в обществе должно быть адекватно ситуации.
И третье: научитесь пить и не спать. В смысле не вырубаться за столом.
- Но это же невозможно! Физиология человека не позволит взять «её» в руки.
- Молодой Вы мой. Будьте уверены, когда Вы научитесь контролировать себя по первым двум пунктам, третий будет как следствие для Вас. Сон алкоголика короткий и чуткий. Это уже аксиома.
- Ну вообще-то если закусывать, то можно и продержаться...
- Никогда! Запомните... Никогда не закусывайте, это противоречит пониманию идеи, и вообще мы же не стадо плебеев склонных к каннибализму.
- Да, это действительно противно...
- И не смейте брезговать, неизвестно, что Вам ещё придётся в жизни пить.
Неизвестно, как воспримут Вашу теорию окружающие. Судьба, вещь нестабильная.
- Ха-ха, за время учёбы, чем только меня не угощали хирурги и реаниматологи. Но честно скажу, были ситуации, когда я отказывался.Как можно пить спирт подкрашенный йодом, или спирт с марганцовкой.Вечное противостояние больничной аптеки с докторами. Дешёвые попытки борьбы с алкоголизмом на местах.
- Фармацевты глупы. Слепцы. Одна химия в голове. Для них спирт выражается в формулах. А у истинных врачей, в идеологии. Вот ты говоришь: «не могу пить спирт с йодом и марганцовкой». А теперь представь: Спирт с йодом, назовём его «Кокнаг-йод». Йод, это незаменимый продукт нашей жизнедеятельности. У нас, соль йодированная, мы живём в районе с нехваткой йода в окружающей среде.Мы в постоянно нуждаемся в йоде. Ну как? Уже по другому воспринимается. Или спирт с марганцовкой, добавьте туда сморщенную вишенку из под больничного компота, и получите «крюшон-шерри», а если вообще всё это сдобрить аскорбиновой кислотой, так вообще возымеете фантастический напиток. Заметьте, только врачи могут ценить напитки с градусом не ниже 70%.
- Убедительно! Шеф, Вы гений!!!
- Не надо оваций! Это всего-лишь жизненный опыт... Ну что-же, планёрка подходит к концу, пора и закругляться. Коллега! Достаньте-ка вон-ту двухлитровую баночку с полки... Да-да, вот эту самую, родную-родимую...Прочтите, что там на этикетке...
- «Базарбеков, 52 года, преперат «Печень», Диагноз « Микронодулярный узловой цирроз». Дата вскрытия « 20.02.07г.»
- Чудесно, давайте же отведаем. Аккуратно проделайте отверстия в крышке и разливайте по стаканам. Только аккуратно, не повредите преперат, позже нальёте туда воды...
- Ну что, Шеф, за Вас...
- Нет, мне скоро на пенсию, пьём за тебя, за будущего заведующего Паталого-Анатомического отделения, перспективного, многообещающего, талантливого.... И запомните, коллега: «Алкоголизм, это тяжёлый и изнурительный труд.»
Обнялись, поцеловались....
Ну всё коллега... Теперь за работу...
Тусклый свет, почти полумрак, да и накурено не сильно, различались сорта дорогих сигар и кальяна. Всегда любил кабаки с плохим освещением, выпиваешь, куришь, можешь скромно наблевать под стол, и почти никто этого не заметит…
-«И этот «козёл», с меня требует сто долларов…» - Айгерим не затыкалась уже тридцать минут.
- «Я же тебе пообещал, что «разведу» твою сессию…» - мне было ужасно скучно. Значимая фраза дала ещё тридцать минут вдохновения для Айгеры, а для меня, тридцать драгоценных минут размышлений.
За ширмой, на соседних диванах отдыхала группа ребят. Шумно, весело.
«Гарсон» покидал их на какие-то минуты, и только до бара, за очередной порцией заказанной празднующими. Сегодня у него удачный день, на его лице явно проглядывались долларов двести чаевых, полученных вперёд.
- «Вот если бы ты бросил курить, то наверно я бы вышла за тебя замуж...»- Айка улыбалась, но шутка не прошла.
- «Я брошу курить, когда ты прочитаешь хотя бы «Три мушкетёра»; - В мою физиономию
полетела пачка «Ротманса».
В этот вечер я был настроен на депрессию.
- Господа, не хотите ли выпить за нашего именинника?- на месте отодвинутой створки китайской ширмы, появилось расплывающееся в добродушной улыбке красное лицо.
- Покрас… Андрюха… братан, ты ли это…- эмоции разогнали мою душевную скуку.
- Сучара ты последняя Нурик, приехал и не звонишь, не хорошо друзей забывать – Андрей обнял меня, и традиционно поцеловал в щёку, - Нурик и… Вы, мадам, разрешите пригласить Вас к столу?
Айгерим фыркнула…
- Андрей, я провожу девушку и подойду…
- Брат, только не задерживайся, без тебя уже праздника не будет…
- «Я сама уеду» – обиделась Аика, - «Дай только денег на такси…»
Стол был накрыт богато, праздник был в разгаре. Настроение моё резко достигло верхних границ. Отмечали день рождение какого-то Димы, человека «большого», в виду его массы, и как позже оказалось, «большого» с душевно-сердечной стороны.
Знакомства особого не было, Андрей меня представил и я быстро влился в компанию.
Выпили, ещё выпили, и ещё.… Спустя три часа я понял, что это не разгар праздника, а только его начало.… Но эти часы, пролетели как секунда. Я был счастлив, я был в кругу близких мне по духу людей.
-«Братва, едем дальше, душа праздника хочет!!!» - именинник не желал расставаться.
Телефон оторвал от душевного разговора.
-"Нурик вы где?"- голос Андрея был серьёзен, видимо с работы звонил.
-"У Димы дома..."
-"Ну вы молодцы, третьи сутки пошли..."
Дима вырвал трубку:"Андрюха, братан, уважуха тебе, ты меня с «человеком» познакомил, с «ЧЕЛОВЕКОМ»!!!
Пустая бутылка «Хенесси» валялась под столом, зёрна красной икры были разбросаны по «прихожке», на полу почему-то лежал взведённый карабин...
- Нурик, хороший ты человек, оставайся таким же и проживёшь долго...
Ситуация 2. Спорт. 2003 год.
-Нурик, привет, это Дима, мне тут Андрей сказал, что ты тоже парашютист...
-Да, я на «Байсерке» у Дмитрича прыгаю...
-Какого хрена ты там делаешь... тысяча двести, взлёт-посадка. Завтра едем на «Первомайский», с генералом я развёл, ты в команде... «МИ-17», высота три тысячи пятьсот, будешь в нашей четвёрке...
-Спасибо, об этом я и мечтать не мог.
Аэродром «Первомайский», романтизм полётов здесь ощущается как нигде больше. Всё по-настоящему, по-военному. Инструктор не бегает вокруг тебя, и не долбит одно и тоже о безопасности. Доктору наплевать на твоё здоровье: на плечах погоны, ты выполняешь приказ, а медицина поможет, если у тебя что-то не получилось.
Ты и небо, ты хозяин ситуации...
-Дима, ты вчера видимо крепко выпил? Как ты полетишь?
-Ничего не в первый раз...
«Вертушка» мгновенно набирала высоту. Высотомер указывал на тысячу двести, ещё минут пять, и начнут бросать...
Выпускающий:
-Нурик, ты сегодня в дебюте у нас, пойдёшь первым на «пристрелку», далее две четвёрки, Покрас замыкает...
Лёгкий мандраж всегда ощущается перед прыжком, я оглядел товарищей,- спокойствие их не покидало. Только лицо Димы, исказила брезгливая гримаса.
-Димон, тебе плохо?
-Вчерашний «арак», наружу просится, я здесь выйду...
-Стой, мы только на круг заходим, ты на город упадёшь...
Но он меня уже не слышал, опустив забрало двинулся по салону. Встречный поток, помог с лёгкостью открыть дверь. Дима «мешком» отделился от фюзеляжа.Выпускающий кинулся за ним, но было поздно:«Сука Димон, я тебя убью, ты отстранён... Грёбаное «ВДВ»..."
Димка мелкой точкой уже парил над родным городом.
Ситуация 3. Философия. 2004 год.
-«Нурик знаешь почему мне интересно с тобой? Ты другой, не такой как все. Ты постоянно говоришь о добре и справедливости. И как ты вообще в этом мире живёшь.»- Дима пьяной рукой разливал по стопкам водку.
-«Ты знаешь, наверно я потому и живу, что за всю свою жизнь никому не «насолил».
А зло нашего мира, меня сильно раздражает, но что я сейчас могу сделать, без власти и денег.»
-«А у тебя никогда не будет ни того, ни другого. Чтобы что-то поиметь, надо сначала заработать, но это пол-дела. Главное это удержать, отстоять. А за это надо драться. А ты, наверно, даже драться не умеешь. Хотя драка здесь не причём, ты просто по понятиям на чужое не позаришься. А для меня забрать что-либо чужое не представляет
труда, в смысле нет никаких моральных терзаний. В конце концов я отбираю добро у плохих людей. У хороших денег нет. Одни чистые помыслы и мечты о хорошем будущем.»
-«Димка, вот ты, младше меня на два года, и свой первый миллион ты заработал в 25 лет. И человек ты уважаемый, пол-города тебя знают. И ты скорее всего умнее меня, не смотря на два моих высших образования. Скажи мне, что нужно человеку, который себя во всём уже обеспечил.
-Нужен «экстрим», нестандартность ситуации, желание иметь всё и сейчас...
-Не понимаю я этого...
-Нурик вот ты сейчас чего хочешь?
-В данный момент хочу пятьдесят грамм рома, что-то водка не лезет.
-Мелко, мелко потому-что доступно. А вот, например, хочешь ли ты провести «1-ый» тролейбус по маршруту, от парка «Горького» до «Выставки».
-Не знаю, но вообще заманчиво.
-Так вот если ты этого хочешь, то это нужно сделать здесь и сейчас.
Такси несло нас в сторону парка культуры и отдыха. Вечерний город только подстёгивал к романтике, я понимал, что Димку уже не остановить.
-«Брат, тебя как зовут?» - Димоновский голос отдавал уверенностью.
-Ермек???- с запинкой выдавил из себя водитель тролейбуса.
-Ерёма, вот тебе триста долларов, будешь нашим наставником, дальше до конечной я поведу.
Ермек сопротивлялся не долго, то есть он совсем не сопротивлялся, авторитет моего друга
подействовал железно.
На себя мне пришлось взять кондуктора, особого труда это не составило. Через секунду, гордо, с билетной сумкой я начал расхаживать по салону.
Дима вел уверенно, как-будто он делал это не в первый раз, и только в кураже прикрикивал на меня: «Не забывай объявлять остановки».
Ночные пассажиры были приятно удивлены возникшей ситуацией: остановок стало раза в три больше, Димон высаживал людей по ближе к их домам; я же в свою очередь объявлял
каждую остановку, что пользовалось огромным успехом, особенно когда вспоминал старые названия...
На конечной пришло время попрощаться.
-Димка, спасибо, я никогда себя не чувствовал таким сильным, таким свободным...
-Вот и бери этот вечер,я дарю его тебе...
Ситуация последняя. Финал. 2005 год.
-«Покрас, вези нас в «Петролиум»» - буря эмоций не давала мне и Димке угомониться.
-«Братцы, три клуба за один вечер, это уже слишком... Кстати, Димон, у нас на завтра запланированно серьёзное мероприятие, так что, давайте-ка, по домам» – Андрей явно устал «обслуживать» нас.
Машина остановилась у подъезда. Дима обнял меня: «Брат, запомни одну вещь – никогда ни о чём не жалей. Я тебя люблю, по-братски... Чёрт возьми, я даже своей подруге не говорил таких слов, ну в смысле «люблю», видимо стал «сентиментальный» что-ли...Ну всё... увидимся...»
Машина плавно покидала двор, Андрей посигналил, в ответ, клич: « Хай Гитлер, братва»...
Секунду спустя раздался выстрел, потом ещё один....
Тень уверенно и спокойно прошмыгнула в противоположную сторону...
-«Димон, братан!!!»- Андрей выскочил из машины.
-«Андрюха, что случилось?» - я не успевал за событиями. Ещё секунда, и мое тело стало терять контроль... затрясло... голова до последнего отказывалась принимать подозрения.
Димка лежал на асфальте.
-«Будь с Димоном, я сейчас...» - Андрей рванул в сторону убегающей тени.
-«Андрей, стой...у него «ствол...» - но он меня не слышал, или не хотел.
В первый раз я увидел жизнелюба и балагура Димку абсолютно беспомощным...
- « Нет, так не бывает, но даже если и бывает, но только не в жизни, и не со мной...» - я взял Диму за руку...
-"Нурик, меня здесь не было, за рулём был Димон, вы гуляли, домой он заезжал за чем нибудь, сам придумаешь... У меня с властями проблемы... Тебя мы завтра вытащим...» -Андрей выдавал мне наставления, вкладывая техпаспорт в Димину куртку - « А этот козёл ушёл, но ничего завтра мы с ними со всеми разберёмся».
Эта сука стреляла в голову... контрольно...
Димкино лицо было изувечено, но я знал: УМЕР ОН, УЛЫБАЯСЬ...
«Дорогой, это ты? Проходи. Прости, ужин будет через тридцать минут…» - жена плавно с телефонной трубкой переместилась в спальню – «Я с Лаурой разговариваю, очень важный разговор».
Десять лет живу с ней, другой картины я и не ожидал увидеть.
Махровый полосатый халат, на первый её день рождения, после свадьбы, дарил ей сорок второй размер, месяц назад на тридцатилетие, дарил уже пятьдесят второй…
Когда-то безумно-симпатичные «калмыцкие» черты лица, сегодня напоминали обвисшие щёки бульдога... Чудесные шёлковые волосы, каждый вечер заправлены в бигуди. Каждый вечер, её голова вычурно отвратительна… «Чёрт возьми, я забыл запах её волос!!!».
Трёхкомнатная квартира, приятна. Шесть месяцев назад, внёс наконец-то последний кредитный взнос. Теперь у детей есть своя собственная комната.
«Дети, папа пришёл!!!» - похоже дети забыли, что у них есть отец...
Младшая, трёхлетнее создание, сидя на полу, с вялым интересом взглянула на появившейся объект, из её носика побежала зелёно-коричневая струйка.
Дочка «шмыгнула», цветной ручеёк вернулся в детскую носовую полость.
Задержав взгляд на секунду, она вернулась к своему прежнему развлечению: разодрать появившуюся дырку в колготках, было намного интересней, чем появившийся «ПАПА».
Разговор с девятилетним сыном, был бесперспективным... Он увлечённо, чёрным фломастером, вырисовывал у себя на груди наколку паука...
Вечер не предвкушал никаких всплесков: ужин, книга, сон...
Ужин, последняя радость завершающего дня...
На плите, ещё горячая, стояла кастрюля. Открыв крышку, достаю, довольно приятный на вид, кусок постной говядины: бульон, хлеб, лук, и мясо... Вот и весь ужин.
Резка хлеба, лука, бульон в большой чаше...- могу это делать с закрытыми глазами.
Но мясо!!! Мясо,- это всё... Это традиция, как же «мы», да и без мясо...
Как, иногда, под него, хочется пятьдесят грамм водки...
Нежно достаю его вилкой из кастрюли, выкладываю на разделочную доску, ножом делаю
тонкий надрез, и... о всевышний!!! с куска заструились ручейки крови...
«О господи!!! Когда же, эта...!!! Она самая...!!! Научится варить мясо!!!».
Чревоугодие потеряло весь смысл...
Гнев!!! Отчаяние!!! Бессилие ситуации!!! Об этом ли я мечтал???
«Сынок, подойди к папе» - безумно захотелось обнять его в последний раз-«Я очень сожалею, что вы пошли в маму, но когда-то, ты вспомнишь обо мне, вспомнишь, что у тебя был и есть «ПАПА». Держи ключи от машины, и, вот ещё, деньги. Ты уже взрослый, надеюсь ты сможешь правильно распорядиться своей жизнью...».
« Папа, ты уходишь, потому что мама тебе не разрешает пить водку?».
« Нет сынок, я ухожу потому что ваша мама не видит "настоящего папу", а папа притворяться больше не может. И ещё, никогда не думай, что твой папа «слабак», просто он устал...».
Тысячу раз, я закрывал входную дверь снаружи, и только сегодня прислушался к звукам...
Звукам, наверное самым ценным за последнее десятилетие: «щебетание» жены не прекратилось, дети мирно играли, кухонный магнитофон выдавал звуки группы «Ленинград», кажется композиция «привет Морриконе»...
У подъездной двери сел на корточки, затянулся «Парламентом»:- «Куда? Конечно на юг...»
Взял «мобильник», пролистал записную книжку: «Зарема-Кентау»...
-Привет, как дела?
-Здравствуй, я думала ты никогда не позвонишь...
-Я завтра приеду...
-Неужели? Ты бросил семью? Но я всё равно рада!!!
Всевышний, прости меня, наверно это опять «Новая жертва».......
Надо выкурить сигарету и укладываться. Выключил телевизор, потянулся за пачкой «Парламента».
Толчок… ещё толчок… Пачка рывками поползла по столу.
«Зачем же я так напился, решил же пить только до полуночи».
Зазвенели бокалы в шкафу, на кухне что-то грохнуло. Опять удар, оглушительный хлопок,комната наполнилась осколками стекла, свет погас, в школе напротив завыла сирена.
Это точно был её вой. В прошлом году , сирену включали для проверки, её звук запомнился навсегда.
«Чёрт возьми, так это же землетрясение, то самое долгожданное, самое настоящее»-схватил куртку, ботинки, сумку с документами - «бегом! На улицу».
Темнота, ни малейшего лучика света, нащупал входную дверь, толкнул, дверь не подалась. «Заклинило. Второй этаж.… Прыгать!» - через разбитое кухонное окно пролез на балкон. Что-либо различить на улице было невозможно. Ночная бездна больно давила на глаза. В воздухе ощущался запах пыли. Дышать было трудно. Приложил носовой платок ко рту, сделал вдох, прыгнул в темноту.
Ещё удар, наверно самый сильный, один из 12-ти этажных офисов «КазТрансгаза» быстро уходил под землю, окутывая себя плотными облаками пыли.
Взрыв, ещё взрыв, гул, скрежет, крики, небо засветилось красным оттенком, языки пламени запрыгали вокруг.
«Что делать? Спасать? Кого?» - удивительно, но мой дом стоял, без окон и света он выглядел мёртвым. Из подъездов начали выбегать люди…
«Слава Богу, я не один, да и кажется все мои соседи в порядке».
«Что с родителями?» - нащупал в кармане сотовый телефон, экран высветил: "нет сети".
К машине... включил фары, электрический свет дал слабую надежду на спасение.
Выехал на «Бухар Жирау», направо путь преградила широкая с неровными краями трещина, налево обрушившееся здание, за ним безнадёжно застряли, мигая сиренами, спасательные «Газели».
Схватил фонарь, спасибо игре «Ночной дозор», так бы его небыло. С ним почувствовал себя уверенней. Осветил вокруг. Местность не узнавалась, рельеф района сильно изменился, аллеи не стало,когда-то с ровными каскадами речка «Весновка», теперь напоминала груду бесхозяйственно брошенных плит.
Полез через кучи земли, камней, обломков асфальта. Покореженный мост позволил перебраться на другую сторону.
«Куда дальше? До родительского дома я и к утру не доберусь. К Вове, к дружбану, точно, он сейчас ближе всех ко мне».
Появившейся гул в горах нарастал, он был ближе с каждой секундой. Ещё секунда и русло бывшей речки, а теперь огромная трещина, наполнилась бешеным потоком грязевой массы. «Сель! Конечно, как-же теперь без него?». Путь назад был отрезан.
Шум, вой, гул, взрывы, плач, крики – я оказывается никогда не слышал панического крика. Какой это ужас…
От первого «Коктема» остались развалины. «Интересно, сколько баллов были толчки, если панельные дома не выдержали. Уж точно больше восьми».
Дорог не стало. Электрические разряды, водяные фонтаны из под земли, столбы огненного пламени, пыль – затрудняли передвижение.
Вышел к перекрёстку: « Где это я? Здание ГорГАИ! Стоит. Тимирязева-Байтурсынова! Заблудился!!! В родном городе заблудился. Хотя какой теперь это город…».
Слева должен быть жилой комплекс «Керемет»,ещё вчера он закрывал вид на гостиницу «Анкара».
Гостиница есть, новостроек нет. Судя по рекламе, комплекс должен был выдержать двенадцать баллов.
Котлован, откуда он здесь? Стоп!!! Это же АЗС «Гелиос», видимо ёмкости с бензином сдетонировали… Всё ясно… «Керемет» может быть и выдержал бы толчки, но инженеры не подумали о близко расположенной заправке. Взрыв, и нет архитектурного творения. Бедные жители, думай после этого: где найдёшь, где потеряешь.
- Нурик!!! Брат, живой! Ты как здесь оказался?
- Вова! Блин, мы наверно никогда не подохнем… я тебя шёл искать. Вован, как я рад тебя видеть.
- И я тебя тоже. Я здесь сестру с племянницей ищу.
На Вовке был кожаный плащ, под ним были только семейные трусы, на ногах домашние тапки. Но на это никто внимания не обращал. Люди только что начали осознавать, что произошло ужасное. Общее огромное горе постепенно накатывало на город.
До рассвета оставалось часа три, с рассветом будут новости…
Пусть они будут хорошими…
Затронули тему смысла жизни и смерти, человеческой сущности. Обсудили…
Не пришли к общему мнению…
Но для себя сделал вывод: не могу делить людей на богатых и бедных, счастливых и несчастных, грустных и весёлых, удовлетворенных и противоречивых…
Я различаю людей на идеалистов и прагматиков. Эти качества, мне кажется, лежат в глубине человеческой души.
Я, идеалист, я знаю об этом, и я в этом уверен, и я с каждым буду спорить по этому поводу. Нет тех материальных благ, ради которых я бы отдал свои последние силы, своё свободное время, свои чувства и ценности.
Сейчас меня окружают замечательные люди, мне с ними хорошо, мне спокойно, я даже счастлив…
Я уволен с работы, нет планёрок с раздражающими финансовыми задачами на ближайшую неделю, нет тупого плана на неделю, заработать миллион и получить один процент в конце той же недели, нет бешеного ритма рабочей активности, нет крика начальства, нет никакой зависимости… абсолютно никакой. Я СВОБОДЕН…
Я свободен так же, как и окружающие меня, в данный момент, люди. Мы вправе принимать самостоятельные решения, мы можем возмущаться, и мы можем соглашаться.
Мы можем принимать решения нужные нам, а не кому-либо…
У нас есть общая идея, и она связана с добром, милосердием, честью, правдой, нравственностью, связана с человеческим пониманием.
Революционер ли я. … Наверно да.… Родись я, в 18-ом веке, наверно включился бы в борьбу против самодержавия. Был другом Радищева, Валиханова.…
Перевернуть всё и вернуть миру понятия о добре, мире и равноправии.
Я родился и вырос в районе, где процветала жестокость, борьба за выживание, слабые и гниль погибали, сильные получали всё. Я в том мире не потерялся…
Прошло время, сильные мира того, сейчас себя прекрасно чувствуют, они богаты, они в детстве отбирали чужое добро, и сейчас прекрасно используют своё преимущество перед слабейшими. Мне повезло, благодаря моим жёстким принципам в жизни, я выжил в прошлой жизни, и живу и пользуюсь своим когда-то авторитетом из детства сейчас.
Со мной считаются все, авторитеты, чиновники, разнорабочие. Когда-то мы вместе хулиганили, любили, дрались, отстаивали свою честь, свою правду.
Прошло какое-то незначительное время, «сучий двор» вырос, разъехался. Дружбу мы не потеряли, но и понятия тоже.
Мне сейчас 33 года. Я не стал подонком благодаря моим родителям, научившим меня отличать добро от зла, воспитавшим меня на русских и казахских народных сказках (СКАЗКАХ…ох…), я был единственным пацаном в том дворе, из интеллигенции.
Могу заработать миллионы… Я думаю это не сложно.… Но сдерживают некоторые моральные принципы. Они где-то близки к Библейским. Воспитание…
Никогда не думал, что окажусь в трудной ситуации. Всегда всё решал сам, да и сейчас бы решил, если бы не время.… Очень его мало.
Друзья узнали, о моей проблеме, предложили помощь…
Предложили все…
Но не у всех её принял…
Принял у тех, с кем по душе близок…
От помощи друзей детства отказался, не смотря на то, что в пиковый момент, деньги бы решили многое, но не всё…
Мы дружим… Мы дружим в городе. Мы дружим на работе. Мы дружим по интересам. Мы дружим в Интернете городами и странами.
«ГОРСВЕТ», спасибо тебе… Твоя дружба не имеет границ… Тебя знает С-Пб.
Знает, верит в истинную дружбу, ценит и всегда готов помочь. Помощь была своевременной, и конечно же бесценной…
Как бы я без Вас жил…
- Нурлан, ты что-ли…
- Да, а я что тебе своё имя называл???
- Ну ты братик даёшь… Как только ты себя вчера не называл. Чё за дурацкая погремуха- «Муха».
- Муха, это от казахского имени Мухтар, а так назвался, чтобы вам легче было запомнить.У вас же так собак в кино называют.
- Ладно не фалуй придурков…(NB: здесь его немного не понял…)
- Ромчик, помощь твоя нужна… Отвези меня вечером в центр, если стрелка не срастётся отвезёшь меня обратно…
- А чё за проблемы?
- Да не проблемы, игра тут у вас есть, «Ночной дозор», хочу примкнуть в их ряды на одну ночь.
- Ты чё с дуба рухнул, это же не наша тема, там одни педики собираются, у меня сестра с ними как чумовая носится…
- Ну если сестра с ними носится, значит не педики.
- Короче братик, если хочешь отвезу, но ты меня разочаровываешь…
- Да ладно, ты отвези, а там видно будет…
Ромкин «Пассат» летел по городу как ракета… - «наверно все наркоты так ездят…» - подумал я…
«Нева» была то слева, то справа, «Аврора», «Адмиралтейство», и мосты, мосты…
- Приехали… Иди к своим…
- Какие-же они мои, братик, подожди пять минут, найду «главную», перетру с ней,если всё ровно, то останусь. Короче, в любом случае жди меня…
Вышел из машины и встал…
Площадь была полна людьми унисекс-пола…
У пацанов косички, кольца в носу, серьги в ушах…
Девушки в солдатских ботинках, бритоголовые, с сумками цвета хакки…
И самое ужасное, я старше их ровно в два раза…
- Рома, поехали отсюда…
- Чё, братик, всё стало ясно?
- Более чем…
- Давай-ка я тебе покажу как мосты разводят, навигация закончилась, но из-за тепла пароходы ещё ходят по Неве…
- Поехали…
- А ты, Нурик, завязывай бухать, тут в два счёта спиться можно, я вот например, вообще не пью.
- Как же тут не пить, у вас тут все условия для этого созданы…
- В том-то и дело – музыканты, писатели, актёры, - все же отсюда… Пьют и творят шедевры… А обычные люди, под эту тему, спиваются. Отчаяно пьют, потому-что в нищете живут. У нас булка хлеба дороже водки стоит.
- Да, я это заметил…
- Заметил… Да ты многого ещё не заметил…
- Не считай меня за идиота, я два дня не только пил и анашу курил, я и по городу успел погулять. Вчера например, заглянул в замечательный книжный магазин на Невском, по-моему «Зингера», там наверно, около миллиона книг разных жанров, кафе, и отличное обслуживание… Я был поражён, у нас таких нет…
- Миллион книг разных жанров… А какие книги ты там видел..
- Кафку, Веллера, Довлатова… Фёклу Толстую, Ерофеева…
- А Тургенева, Достоевского, Гоголя, Белинского ты видел?
- Нет…
- Вот в том-то и дело… Потому-что их там нет. Как тут не прийти в отчаяние…
Мужик пьёт, жена терпит, дети в дозор играют… Нация гибнет…
- Это у тебя от наркоты пессимизм… Ты бы водки выпил, всё по другому обрисуется…
- Да пил я… Много пил… Но одного не понял – богатые пьют от богатства, нищие от нищеты, что нам всем надо…Какой-то порочный круг бытия…
До утра просидели мы с ним в машине, убивая время беседой, мосты так и не развели, видимо закончился сезон пароходов.
- Слушай Нур, поехали завтра, то-есть сегодня, за грибами.
- За вашими знаменитыми, Питерскими, "глюко"-кортикоидными …
- Ну да…
- Спасибо Рома… У меня дела… Проблемы личного характера…
- Понимаю…
- Я, может быть через неделю домой уеду, и скоро вернусь. Давай сделаем так – я привожу карабас «ручника», а ты к тому моменту грибы соберёшь. Идёт?
- Конечно, братик…
И вовсе он не наркоман, морихуана не наркотик а средство познания самого себя…
Главное что он не пьёт...
A я пью…
Пятый день…
Несколько лет бредил поездкой в исторический, нет, наверно главный исторический город бывшего СССР.
И всё началось….
Самолёт Пулковских авиалиний прибыл в наш город с опозданием 12 часов…
Меня пытались успокоить казахские пограничники: «Это нормально, с ними так происходит всегда»….
Заняли «VIP» места в самолёте, сомнительно носящие вышеупомянутое название.
Увлекаясь отрицательными впечатлениями, почувствовал совдэповское отношение
Питерских бортпроводниц. Женщины, лет эдак за сорок, со всей уверенностью стопроцентого сервиса, пытались обслужить нас по полной программе.
Не получилось…
- Девушка, принесите пожалуйста минеральной воды…
- Вас стодвадцать, а я одна( врёт, их было трое…), ждите….
Ждал до самого Питера(потом всех послал… «Х.О.» пришлось пить не запивая…)
Кнопка вызова стюардессы, кажется работала только для проверки системы оповещения.
Работала исправно. Стюардесса подбегала, выключала кнопку, и снова убегала…
Словно бабочка - прилетела… отключила…упорхнула…потерялась…
Пулково… Замечательный аэропорт, напомнил мне аэропорт в Урумчи, здесь даже запах Советов до сих пор остался: мрамор, эскалаторы отделанные мебельной фанерой, большие витражи в аллюминевой оправе, в буфете столики-грибки для выпивания стоя…
Третий день в городе на Неве, третий день пью (не выпиваю, а пью-всей душой, полной грудью, большими глотками…)
Начал мрачно…
Конечно-же не всё так скверно… Питер, он как и любой другой большой город, имеет двоякое отношение к себе. Два дня я бродил по окраинам, а сегодня наконец-то выбрался в центр…
Я растерялся, я попал в другой мир, я был похож на человека страдающего болезнью Дауна, оглядывающегося по сторонам с непонятной полной счастья улыбкой на лице, выпученными глазами и старающегося втянуть в разговор любого встречного прохожего… Архитектура, её мощь, масштаб, величие – я не могу это передать вам словами, да что я, цифровой фотоаппарат самого последнего поколения не может выразить всё богатство славного города…
А люди… Люди здесь самые наверно прескверные…
Диалог на вахте одного учреждения:
- здравствуйте, профессор Мансуров у себя?
- не знаю он мне не докладывает…
- а это первый корпус?
- молодой человек, со стороны улицы Рентгена, висит табличка, идите и прочитайте…
Говорят, что такое отношение у них, это норма. Наверно, просто мы очень избалованы
азиатским менталитетом. Хотя зачем говорить о высоком, если здесь даже целофановые пакеты в супермаркетах на кассе нужно покупать, что меня удивило до крайней степени, а местных жителей повергло в шок сообщение о том, что у нас их раздают бесплатно…
И ещё: если ты входя в супермаркет «Пятёрочка»,«О:КЕЙ» и другие хочешь оставить сумочку на хранение в железном ящичке, будь добр, заплати за это 15 рублей за каждый час проведённый в магазине.
Понять скверное отношение местного населения можно… Ведь 80% из них живут в коммуналках, и даже не мечтают о собственной отдельной жилплощади. Я кстати тоже поселился в коммуналке, но меня это радует, как-то всё это экзотично: общая кухня, отсутствие ванны, высоченные потолки, узкие коридоры, а дом, так он вообще как у графини из фильма «Бронзовая птица»… Активно знакомлюсь с жильцами, люди они контактные, особенно когда уверены в том что будут угощены спиртным… Какая-никакая, а всё-же община…
Вкратце, сумбурно, что-то пытался изложить… Много впечатлений, переживаний, опасений. Дальше буду писать внятно, по порядку…
И ещё здесь совсем не бывает солнца, восход в 10.30!!! А в 15.30 уже включают уличное освещение, потому-что в 16.00 уже сумрак… А между указанными часами тучи, плотные тучи, сквозь которые не пробиться даже самому сильному лучу…
PS: на фото, дом в котором я живу...
««Майлы-тобе, как знакомо мне это место! Четыре километра отсюда правее, посёлок Токмак, чуть далее влево Балыкчи и Исык-Куль. Раз в год я проезжал здесь с моими друзьями к замечательному озеру…
Привязанного к седлам двух прекрасных коней, вели Кенесары на казнь два могучих киргизских батыра. Следом шли султаны, за ними шли мы, казахские сарбазы.
Горный воздух был чудесен, он был насыщен запахом кумыса и конопли. Горный снег и солнце придавали ощущение тепла и свободы, свободы степей…
Мы подходили к аулу киргиза Жамбы. Это последний аул, где закончатся
наши мучения, длительное скитание и унизительное чувство пленения…
Кенесары втащили на самую высокую возвышенность, его казнь должны были видеть все,
каждый киргиз желал видеть его смерть, каждый хотел ему отомстить.
Измученное и израненное тело Кенесары не слушалось его, но я видел блеск его глаз,
я видел что духом он не пал - это вселяло в нас надежду, давало нам бесконечный приток сил и храборости. Киргизы не хотели его быстрой смерти, много он им принёс страданий и горя. На наших глазах, он перенёс многочисленные физические пытки, но манапам этого было мало, они стали терзать его душу, поочерёдно мучая и убивая близких ему султанов. Когда очередь дошла до Наурызбая, наши сердца не выдержали – гнев рвался наружу. У нас не было оружия, в ярости мы сжимали кулаки, руки наши были связаны, но дух был с нами, мы могли заставить киргизов бояться нас. Первым, не в силах сдерживать себя, закричал Боранбай: -«АБЫЛАЙ!!!»
Это был наш боевой клич, с ним мы освобождали Акмолу от царских завоевателей, били кокандские войска, киргизских манапов и казахских султанов предателей.
Я поднялся с колен и тоже закричал: - «АБЫЛАЙ!!!», в тот момент я вновь представил Кенесары на белом коне в доспехах, ведущего наш народ за собой. Сколько мужества, отваги и храбрости во мне скопилось, сколько гнева и ярости было во мне, я чувствовал дрожь возбуждения, я никогда не был таким уверенным в себе, где, та!!! трусость и слабость которая преследовала меня всю мою недолгую жизнь…
Кенесары смотрел на меня стиснув зубы, он не закрывал глаза, он переживал страшное испытание.
Киргизы в испуге запаниковали. Жамбы вскочив со своего ложа кричал: - «Убить всех, убить и отрубить головы». Он, как и все другие враги казахов, боялся этого, наводящего ужас клича. Я услышал эхо, и почувствовал как оно пронеслось по нашим степям.
Последнее что я видел:
Киргизкие батыры подняли Кенесары на копьях, в этот момент он произнёс: « Даже перед смертью я всё равно выше вас всех на голову»….»»»
Я проснулся, воскресные лучи солнца пробивались скозь занавески, душу переполняли чувства: гордость, гнев, отчаяние. И самое сильное из них – чувство невосполнимой утраты…
Спать больше не хотелось… закурил…
Надо бы сьездить в Астану, поклониться последнему великому казахскому Хану…
Этот напиток он полюбил задолго до того, как попробовал. Нет, раньше он любил ром, виски, коньяки и даже зловонный джин. Но жизнь изменилась, появились первые лучи человеческого счастья - захотелось солнца и бразильских карнавалов, захотелось сочненьких девушек, захотелось новых, лёгких ощущений…
На знакомой витрине любимого магазина он сразу остановил взгляд на ней. Нестандартной, квадратной формы бутылка, изображение солнца на золотистой этикетке и переливающееся, словно хрусталь, стекло - за которой играло лучами дневного света, шоколадного цвета пойло. Да, «пойло», он именно так и называл всё спиртное поглощаемое внутрь. Он никогда, не из чего не делал культа, хотя обожал дорогие напитки. Но скорее всего, он обожал своё чувство к ним, чувство хвастливого знатока, способного определить содержимое в стакане по запаху, вкусу, цвету.
В тот день он пришёл домой в приподнятом настроении. На работе особых радостей не было, ярких знакомств не произошло, всё было серо и обыденно. Но что-то очень тепло грело душу. Привычно разувшись, прошёл на кухню разбирать пакеты с продуктами. Напрягая мозги, пытался вспомнить, что же призошло в жизни такого, что заставляет душу петь. В пакете оказались лимон, яблоки, сливочное масло, печенье и… о Боже, бутылка «Текилы». В дневной суматохе, он совсем забыл, что в обеденный перерыв купил её. Напряжение спало. Наступило состояние полного удовлетворения. Именно эта самая бутылка, днём настроило душу на благодатное вечернее времяпровождение.
В голове сразу пронеслось: «Текила-БУМ ?, или лимон с солью». Вспомнив о том, что настоящий мужчина пьёт напитки только в чистом виде, он нарезал лимон и высыпал на блюдце соль…
Первая рюмка прокатилась с необыкновенной лёгкостью. Чувствовалось отсутствие привычных градусов. После второй было мимолётное разочарование, но «Бразилия звала», образы вечного лета, солнца и пляжа не отпускали…
После третьей, будто окатив океанской волной, по телу пробежало тепло. Реальность отступила, он уже был на «тёплом побережье». Фантазировать, было его единственным любимым занятием.
Увлёкшись фантазиями, он не вникал не в новости транслирующие по телевизору, не в книгу которую держал в руках, даже звонивший телефон не мог оторвать его от иллюзорного мира. Соль, лимон, Текила… Программа работала чётко.
На следующий день, придя домой и проделав стандартную процедуру с душем, переодеваниями и ужином, он в полной решительности дальнейших своих действий взялся за разделку лимона. Когда приятные приготовления к вечернему расслаблению были закончены, он, открыв бар, был немало удивлён. Бутылка была непочатой!!!
Он не считал себя сумашедшим, тем более он прикрасно помнил чудесный прошедший вечер и незабываемый вкус текилы. Но мозг отчётливо понимал: бутылка, по непонятным причинам, была опять полной…
Каждый вечер история повторялась. Открывая бар, он не переставал удивляться – текила неиссякала. Вкус и цвет были неизменными, и даже уже знакомыми. Перед сном, возвращая бутылку в бар, он стал делать маркером зарубки на выпитой отметке. Но каждый вечер он вынимал полную бутылку, только теперь уже с красной шкалой оставленным канцелярским прибором.
Наступила пятница. В этот день вечером к нему приходили друзья. И в этот раз традиция неизменилась. Рассказывать собутыльникам о происходящих странностях он не стал. Всё равно не поверят. Но бутылку гордо выставил на стол.
Вечер а затем ночь были на удивление долгими, скорее ночь продолжалась, потому что до рассвета никто не дотянул. С наслаждением поглощалась текила, даже когда закончились лимон и соль, она пилась. А бутылка не опустошалась…
Утром он попытался открыть глаза… Это доставило ему ужасную головную боль, тело не слушалось, дойти до туалета не представлялось возможным. Его состояние было ужасным, он был готов сходить под себя…Первое пробуждение вызвало позывы к рвоте. Рвотные массы не долго заставили себя ждать, гейзером вырываясь наружу они наполнили комнату ароматами выдуманной «бразилии».
В соседней комнате послышались звоны хрусталя и фарфора, он догадался – пришла уборщица. Раз в неделю, по предварительной договорённости, она посещала его квартиру с целью наведения чистоты. Для неё специально были заказаны копии ключей, чтобы её визит не тревожил драгоценнейший сон хозяина.
Борясь с блевотиной и головной болью он временами погружался в сон.
Ближе к вечеру вернулось состояние «человека разумного». Возле кровати всё было убрано, в комнате где был вечерний сейшн, тоже не наблюдалось следов буйной пьянки.
И хотя мозг напрочь отказывался воспринимать силует любой бутылки, любопытство двинуло тело в сторону бара… Текилы не было. Её небыло нигде: не на кухне, не в мусорном ведре, не на балконе рядом с другой стеклотарой годами копившимися вдоль стены.
Подозрение пало на уборщицу. Женщина в годах, добросовестно и исправно выполняющая свою работу, имела один грешок - она любила выпить. Будучи из плеяды бывшей интелигенции, конечно же её тянуло к благородным напиткам.
С момента её появления он стал замечать – идеальная чистота в квартире всегда сопровождалась исчезновением ста-ста пятидесяти граммов какого либо спиртного напитка в баре. Но эту слабость, он мог простить любому.
Он понимал – если завтра он спросит её: где бутылка недопитой Текилы, то услышит в ответ: «Сколько убираю за вами и вашими друзьями, никогда не видела, чтобы вы оставляли что-нибудь недопитым». Железный и неопровержимый аргумент.
Он не стал жалеть пропажу удивительной бутылки, а наоборот отсутствие вообще какого-либо спирного напитка его только обрадовало. Позорное и унизительное последствие текиловой вечеринки, похоже, навсегда отбило желание к спирному.
Теперь, свои вечера, он посвящает танцам, латиноамериканским танцам…
Карнавалы Бразилии по-прежнему тянут…
1976 год, июнь.
В близи речки «Весновки», на Ботаническом Бульваре, сдавался новый дом.
Он был одним из лучшим домов в городе. И, конечно же, он был ведомственным.
В лучших домах, должны были жить лучшие люди Советской Алма-Аты.
Вокруг был пустырь. «Весновка» из себя представляла цепочку каскадов, КазГУград в то время был в виде макета в кабинете главного архитектора городской архитектуры, из близлежащих достопримечательностей был только Цирк.
В дом, в приподнятом настроении, вселялись профессора, доктора и кандидаты наук,
главные врачи и отличники здравоохранения.
Нам было тогда от трёх до пяти лет. Нам, - это моим друзьям - детям и внукам выдающихся людей того времени, потомкам Казахской интелигенции Советского времени.
Жили мы дружно: играли в футбол, менялись жевательными резинками, привезёнными нашими родителями, бабушками и дедушками из загранпоездок на различные симпозиумы, пели песни под гитару, пекли картошку на каскадах «Весновки».
У нас был жизненный план. Мы, потомственные медики, знали что нас ждёт на нашем жизненном пути: школа, медучилище, репетитор по химии и биологии, институт, коллоквиумы, студенческие конференции, красный диплом, аспирантура, докторантура, оппоненты, статьи, студенты, лекции, профессорская зарплата, значок отличника здравоохранения и дополнительные шесть квадратных метров жилплощади для работников науки.
Далее были 1986 год, 1991 и 1993 года, затем наступил 1997 год, и всё перевернулось.
Нам вручили дипломы: кому красные, кому синие, но нас объединяло одно,- мы были людьми в белых халатах.
2006 год, ноябрь.
Пятница, уставший иду с работы, механически нажимаю код на подъездной двери, в полумраке, возле почтового ящика, различаю знакомый силует и знакомый голос: - Привет Нурла, как дела?
- Привет??? Санчик!!! Давно не виделись! Как ты?
- Хорошо... вот… получил письмо… присвоили степень Доктора наук…
Выглядел он растерянным, видимо ещё не осознавая радости долгожданной победы.
Тридцать три года, и уже Доктор наук!!!
В голове у меня сразу, мельком, всплыли воспоминания: один детский сад, одна школа, медучилище, один репетитор по химии, вступительные экзамены, переживания, одно общее счастье присутствия себя в списках поступивших, студенческие работы на кафедре физиологии, один руководитель – Ханиса Канышевна Сатпаева, дочь великого Каныша Сатпаева – и две разные темы наших первых научных работ. Его работа – первое место, моя – второе…
Наши работы уходят в Москву, на всесоюзную конференцию. Спустя несколько лет мы получаем дипломы в числе первых, на наши костюмы цепляют красные ромбики с изображением чаши и змеи…
Покидаю воспоминания.
Мы стоим в подъезде - в прошлом два друга детства - ныне Доктор наук и финансовый директор коммерческой фирмы.
Рукопожатия, поздравления, обьятия, и стандартная фраза: «НАДО БЫ ЭТО ОТМЕТИТЬ».
Неожиданный поворот событий… ШОК…
- Нурла, займи двести тенге…
Ступор вызвал не вопрос, а сумма которая прозвучала. Я понимал, что зарплату, которую он получает в размере двадцати одной тысячи тенге, сбрасываемую на его карточку, принудительно полученой им от руководства, он уже снял и отдал жене.
Она, в свою очередь, как делали наши родители: прятала деньги в книгу «Три Мушкетёра» примерно между сто двадцатой и сто тридцатой страницей. Бюджет семьи уже был явно расписан, его планы отметить событие «на первых порах», не вписывались в бюджет.
Я лихорадочно полез в портмоне, в темноте слабо различаю купюры, синий и жёлтый цвета не определимы, неожиданно достаю купюру в десять тысяч тенге и предательски прилипшую к ней стодолларовую купюру…
Пробегает мысль: Я живу один в трёхкомнатной квартире, он, в двух комнатах с родителями женой и ребёнком, я сменил двадцать шестой автомобиль, он знает все номера и маршруты новых автобусов проходящих через наш район, я имею дисконтную карту в «GROSS», он нет, потому что никогда не покупал продуктов больше чем на пять тысяч тенге единовременно в нём…
Глупая ситуация, незапланированная рисовка, ощущение, какое возникает в кафе «Vogue», когда приносят счёт на сто пятьдесят тысяч, а собирался отдохнуть вдвое меньше…
Неожиданно вспоминаю про мелочь, шарю по карманам, во внутреннем кармане куртки нахожу две стотеньговые монеты. Судорожно ищу выход из создавшегося положения.
- Санчик, пойдём ко мне, отпразднуем…
- С удовольствием.
Начали с текилы. Он с интересом познавал рецепт питья с солью и лимоном.
Беседа вживалась.
Он рассказывал про тему диссертации, оппонентов, пациентов, дороговизне в печати текстов, недостойной зарплаты, передовые методы лечения онкологических больных…
Я говорил: о загранкоммандировках, финансовых достижениях, сексе с негритянками, китаянками и кухнях мира…
Потом были выпиты виски, ром, вино…
Мы нуждались друг в друге: он радовался моим победам, я в свою очередь его победам.
Он был удовлетворён морально, я – материально…
У нас были только две дороги, мы пошли разными, но не он, не я не были удовлетворены жизнью.
Он ушёл утром. Приглашать к себе, как этого требует традиция, не стал. После моих аппартаментов, его квартира казалась ему убогой…
Уходя, он произнёс неуместную и нелепую к данной ситуации фразу:«Каждый человек должен умереть от опухоли, но не многие до неё доживают…»( видимо алкоголь в его мозгу, родил непонятную для меня в тот момент логическую цепочку).
Он уходит на работу в шесть тридцать, я ухожу ровно в девять, он приходит в семнадцать ноль-ноль и садится за написание статей, я прихожу в десять вечера и проверяю почту в интернете…
Наверно в следующий раз мы встретимся лет через десять, если нам повезёт…
